Культура

«Хранят тропинки Долны память пушкинских следов» - путешествие в филиал кишиневского музея

Compressed file

Пушкинская аудитория РЦНК, продолжая знакомство с музеями, посвященными великому русскому поэту, приглашает посетить филиал кишиневского Дома-музея А.С. Пушкина и вслед за поэтом совершить виртуальное путешествие по следам его пребывания в селе Долна.

Compressed file

С пребыванием в этих местах летом 1821 года связан один из самых романтических эпизодов жизни Пушкина в Молдавии (1820 – 1823). По приглашению своего приятеля, сына богатого молдавского боярина Замфира Ралли, поэт поехал погостить в имение в селе Долна, расположенное в живописных молдавских Кодрах, примерно в 50 километрах от Кишинева. Село ведет свою историю с 1420 года. Во время посещения Пушкиным, между 28 июля и 20 августа 1821 года, здесь насчитывалось 75 домов. Легенда гласит, что в окрестностях села поэт повстречал цыганский табор и кочевал с ним в районе сел Юрчены, Варзарешты, Долна. У старосты табора была красавица дочь, которую описывали так: «ее звали Земфирой, она была высокого роста, с большими черными глазами и вьющимися длинными волосами». Современники вспоминали, как Пушкин и Земфира, взявшись за руки, гуляли по окрестным холмам, смеясь и объясняясь жестами. Однако вскоре Земфира сбежала от поэта с цыганом в соседнее село. Пушкин ее искал, но не нашел и, опечаленный, вернулся в Кишинев. Уже в Одессе, узнав из письма кишиневского приятеля о трагической гибели Земфиры, зарезанной из ревности возлюбленным, поэт набросал план и начал работу над поэмой, которую назвал «Цыганы». Закончил он ее уже в Михайловском, осенью 1824 года.

Compressed file

10 октября 1964 года в селе, которое в советские время называлось Пушкино, был открыт музей в качестве филиала кишиневского Дома-музея А.С. Пушкина. Создать первую экспозицию помогли сотрудники ленинградского Всероссийского музея А.С. Пушкина. Музей располагается в особняке одной из немногих сохранившихся в Молдове до наших дней боярских усадеб. Это исторический и архитектурный памятник национального значения, охраняемый государством В 2014 году при поддержке Посольства России были проведены работы по благоустройству усадьбы и открыта новая экспозиция, знакомящая с бытом молдавских бояр XIX столетия и дающая возможность почувствовать духовную атмосферу, царившую в доме. Кроме мемориально-бытового раздела она содержит историко-литературный, который рассказывает о гостеприимном семействе молдавского боярина Ралли, об интересе Пушкина к истории Молдавии, ее народу и, конечно, о поэме «Цыганы».

 

Compressed file

Знакомство с музеем начинается с анфилады жилых комнат. Дома молдавских бояр были обустроены однотипно. Вот как описывал писатель Ф.Ф. Вигель жилище другого боярина, также пушкинского знакомого, Е.К. Варфоломея: «Тут нашел я атласные, бархатные диваны, мебель всех времен и фасонов в азиатском и европейском вкусе...». То же в доме Ралли: огромная гостиная, «в которой можно сделать развод» (развод караула – О.Б.). В углу – рояль с раскрытыми нотами. В этой семье все любили музыку: младших детей Замфира Эммануиловича обучал «виртуозный исполнитель на фортепиано» чиновник Литке, который проживал в их доме. Красавица Мариола была прекрасной пианисткой, здесь часто устраивали музыкальные и танцевальные вечера. В отличие от других боярских домов, в карты в доме Ралли не играли. Хозяин и гости посолиднее рассаживались в креслах и на диванах, обсуждая политику и новости, пока молодежь танцевала. Местные жители помнят, что в этом зале был камин, который, к сожалению, не сохранился. Но мы обозначили каминным экраном место, где он располагался. Может быть, когда-нибудь его удастся восстановить. Далее – дамская комната. Зеркала в простенках, вышивки бисером, цветы и фарфоровые безделушки. У окна – столик для рукоделия с незаконченной вышивкой: одна из дочерей Ралли рукодельничала, а другая в это время читала французский роман – он оставлен ею в соседнем кресле. Рядом – восточная, или диванная комната, которая всегда вызывает особый интерес посетителей. Восточные ковры и гобелены XVIII века, инкрустированные перламутром полки и мебель – все это великолепие не могло не привлечь Пушкина. Легко представить, как он мог прилечь на покрытый парчой диван, чтобы почувствовать себя в роли султана. Листки рядом с диваном – его рукописи и портреты кишиневских знакомых – хранят следы его присутствия. Из характерных черт, воспринятых местным населением из восточного быта, поэту полюбился обычай угощения гостя турецким кофе. В столовой сервирован огромный стол, накрытый к приходу хозяев, в центре благоухают только что срезанные цветы. И, наконец, кабинет хозяина – центр интеллектуальной жизни усадьбы. Убранство его скромно: шкаф-секретер, часы, карта, много книг. Непременный атрибут – графин и рюмка для «утешного употребления». Разложенные на бюро бумаги словно ждут прихода владельца …
 

Compressed file

Род Ралли был греко-итальянского происхождения. Через свою покойную жену хозяин имения был связан с родом знаменитого гетмана Арборе – сподвижника молдавского господаря Штефана чел Маре (Стефана Великого). Семья Ралли была многочисленной - 5 сыновей и три дочери. О составе семейства мы узнаем из документов, поданных в 1821 году для подтверждения дворянского звания: «Коллежский асессор Замфиракий Ралли, 54 года, депутат Верховного Совета, вдов. Имеет детей, сыновей: без чина Григорий, 24 года, холост; без чина Иоан 22 года, холост; Михаил 14 лет, Маноли 13 лет, Константин 10 лет. Дочери: Екатерина 23 года, в замужестве, Марию 19 лет и Елену 8 лет. Все они проживают в Кишиневе». Прапорщик Ф.Н. Лугинин вспоминал, что «часто видел Пушкина в обществе всех Ралли». Ему вторит автор ценнейших воспоминаний о Пушкине подполковник И. П. Липранди: «Из других семейных домов Пушкин часто посещал семейство Ралли», он дружил с сыновьями гостеприимного боярина и ухаживал за его старшими дочерями. Все члены семейства были образованными людьми с прогрессивными взглядами. Их дом в Кишиневе и усадьба представляли собой своеобразное «дворянское гнездо», где бывали деятели греческой революции, писатели, велись беседы о свободе, литературе и искусстве. При разговорах на политические темы в доме «было обыкновение говорить на греческом языке», домочадцы прекрасно знали русский, молдавский и французский языки. В годы пребывания Пушкина в Кишиневе младшие дети Ралли учились в пансионе при духовной семинарии. Здесь изучались «греческий, латинский, русский и молдавский языки обязательно, а французский и немецкий факультативно».
 

Compressed file

Своему старшему сыну Григорию Замфир Эммануилович уступил селение Варзарешты с 57 дворами, Ивану — Юрчены с 30 дворами и цыганскую деревню. Селение Юрчены перешло к Константину в 1838 году. После десятилетнего пребывания в Буковине в 1840—1850 годах, он вернулся с семьей в Кишинев и в чине губернского секретаря занял должность члена строительного комитета города. Юрченами он владел до самой смерти в 1856 году. Затем селение перешло по наследству его сыну З. К. Ралли-Арборе, автору воспоминаний о Пушкине. Есть сведения, что в Юрченах до наших дней сохранился небольшой крестьянский дом, который в семействе Ралли называли «хозяйским». Согласно легенде, именно в нем останавливались Пушкин с другом. Здесь же, в живописных местах между Юрченами и Варзарештами, молодой поэт познакомился с цыганским табором. Сегодня в бывшем доме Ралли живет обычная семья, но это место достойно быть включенным в туристический пушкинский маршрут.
 

Compressed file

Возвратившись из армии, братья активно включились в общественную жизнь Бессарабии. Иван стал попечителем Кишиневской гимназии, был избран депутатом дворянства Хотинского уезда. Став владельцем Долны, он в память о Пушкине построил деревянную церковь. Узнав о трагической гибели поэта, Иван увековечил его память, построив вместо деревянной церквушки каменную. Даты, относящиеся к возведению церкви, связаны с Пушкиным. Так, план-проект был утвержден в июне 1847 года - к 10-ой годовщине со дня смерти поэта. Закладка фундамента церкви произошла в апреле 1849 года - к 50-летию со дня рождения А.С.Пушкина. В 1858 году Иван был погребен в построенной им церкви, в ней и сегодня можно увидеть его надгробный памятник. Имение Долна принадлежало семье Ралли до 1900 года, пока внуки Ивана не проиграли его в карты и не продали другому владельцу.
В музее хранятся документы из личного архива Ралли и подлинный раритет - личная печать Екатерины Стамо, с которой вел переписку Пушкин. У сестер Екатерины и Мариолы были альбомы, которые поэт заполнял своими стихами и рисунками, но их след затерялся где-то в Черновцах.
 

Compressed file

Спустя более полувека воспоминания о пребывании Пушкина в цыганском таборе записал со слов Екатерины Захаровны ее племянник - Замфир Константинович Ралли-Арборе. «Моя старая тетушка до своей смерти так и не читала иных книг, кроме старых французских романов, рекомендованных ей для прочтения еще Пушкиным», - писал он. Известный революционер и общественный деятель, он вынужден был в 1871 году покинуть Россию и с 1879 года поселился в Румынии. Здесь он сблизился с М.Эминеску и Б.П.Хашдеу, пропагандировал творчество русских писателей. В Констанце приветствовал моряков мятежного броненосца «Потемкин», оказывал им всяческую помощь. Публицист, этнограф, географ и историк-любитель, он написал много книг. Одна из них – «Географический словарь Бессарабии». Обе его дочери оставили след в истории. Судьба его старшей дочери, Екатерины Арборе (1875–1937), поэта и видного деятеля революционного движения в России и Румынии, наркома здравоохранения МАССР, сложилась трагически – она была расстреляна в 1937 году. Как и отец, написала много книг по социальным вопросам и медицине, переписывалась с выдающимися личностями того времени: В. Короленко, Д. Благоевым, В. Фигнер. Младшая дочь - Тамара-Нина Арборе (1888-1942) - ученица Анри Матисса, стала известной румынской художницей и иллюстратором.
Историко-литературная рассказывают об интересе Пушкина к быту молдавских крестьян, их традициям и фольклору. Поэт записывал народные песни разных национальностей, живших в Молдавии. В доме Варфоломея он услышал в исполнении цыганского хора и оркестра песню «Арде мэ, фридже мэ» («Старый муж, грозный муж, / Режь меня, жги меня…»), которую потом включил в поэму «Цыганы» как «песню Земфиры». Она привлекла внимание современников Пушкина своей страстностью и выразительностью и была положена на музыку А. Верстовским, а вскоре переведена на ряд европейских языков. В Бессарабии Пушкин написал два исторических предания. Авторские рукописи, увы, не сохранились, но их содержание нам известно благодаря И.П. Липранди: «У меня остались помянутые копии, одна под заглавием «Дука, молдавское предание XVII века»; вторая: «Дафна и Дабижа, молдавское предание 1663 года».
 

Compressed file

Заключительный зал посвящен поэме «Цыганы». «Цыганская» глава биографии Пушкина содержит немало тайн и открывает их весьма неохотно. Так, например, долгое время считалось, что Александр Сергеевич ездил в Долну с Константином. Позже, путем косвенных доказательств, исследователь В. Молкосян пришел к выводу, что это был ровесник Пушкина, «очень порядочный молодой человек» Иван Ралли. Как бы то ни было на самом деле, поэма носит явную печать присутствия автора. Начатая в Одессе и законченная в Михайловском 10 октября 1824 года, она пронизана яркими впечатлениями, которые двадцатидвухлетний поэт испытал в Молдавии:
Встречал я посреди степей
Над рубежами древних станов
Телеги мирные цыганов,
Смиренной вольности детей.
За их ленивыми толпами
В пустынях часто я бродил,
Простую пищу их делил
И засыпал пред их огнями.
Поэма вышла в печать в 1827 году. Екатерина Стамо вспоминала, как позже получила «прекрасно написанную поэму, и мы все много смеялись над пылкой фантазией поэта, создавшего из нашей Земфиры свою свободолюбивую героиню, что же касается неисправимого эгоиста Алеко, то, по-моему, он был не прав; такому эгоисту вовсе не следовало идти в цыганский табор наших бедных юрченских дикарей. С Александром Сергеевичем я не говорила об этой его amourette , да и он по приезду из деревни не помолвился ни одним словом про всю свою эскапад с цыганкой Земфирой».
Эта романтическая поэма побудила к жизни создание множества творений разных авторов, самое яркое из них - новелла «Кармен» П. Мериме. Французский писатель был дружен с В. Александри, написавшим под влиянием пушкинских «Цыган» «Историю одного золотого». Мериме собирался поехать в Бессарабию и на месте узнать подробности пребывания Пушкина в цыганском таборе. Жаль, что это не осуществилось… Произведения этих и других авторов представлены в витрине, там же первый выпуск «Цыган» в переводе на румынский язык А. Донича, вышедший в Бухаресте в 1837 году – в год смерти А.С.Пушкина. Издание поэмы имело не только литературное, но и политическое значение - книга способствовала росту общественного движения в Молдавии и Валахии за освобождение из рабства цыган. Об этом Пушкин писал в примечаниях: «В Бессарабии и Молдавии крепостное состояние есть только между сих смиренных приверженцев первобытной свободы».
Яркие бессарабские впечатления юности поэт сохранил в душе до конца дней. В 1830 году он вновь обращается к цыганской теме. В стихотворении «Цыганы» есть ностальгические строки:
Здравствуй, счастливое племя! Узнаю твои костры;
Я бы сам в иное время Провожал сии шатры.
Завтра с первыми лучами
Ваш исчезнет вольный след,
Вы уйдете — но за вами
Не пойдет уж ваш поэт…
А по следам Александра Сергеевича устремляются все новые поколения паломников. Их привлекает возможность не только познакомиться с музеем, но и побывать там, где «хранят тропинки Долны память пушкинских следов» - в лесу на живописной поляне и у родника, носящего имя Змефиры. События, происходившие здесь почти два столетия назад, впечатляют и сегодня, привлекая туристов со всего мира в маленькое молдавское село Долна, ставшее известным благодаря великому русскому поэту.